— На мой взгляд, сложнее всего работать с подростками, особенно с ребятами в возрасте 15–17 лет. Это тот самый период, когда появляется юношеский максимализм. Им кажется, что они уже все знают, во всем разбираются, а мы, взрослые, — представители старого поколения, которые, как сейчас принято говорить, уже ничего не понимают в современной жизни.
С маленькими детьми в каком-то смысле проще. Когда ребенок приходит к тебе в четыре, пять или семь лет, ты начинаешь практически с чистого листа. Постепенно закладываешь в него базовые принципы: дисциплину, уважение к старшим, ответственность, умение трудиться и доводить начатое до конца.
А вот когда твои воспитанники взрослеют, подход к ним приходится менять. С такими учениками важно научиться разговаривать на равных, прислушиваться к их мнению, иногда даже уступать в каких-то вопросах. Ведь задача тренера — не просто добиться беспрекословного послушания, а заслужить доверие и уважение.
У подростков очень много того, что они держат в себе. Какие-то переживания, проблемы в школе, колледже, сложности в отношениях с родителями или сверстниками. Не всегда они могут или хотят обсуждать это дома. И довольно часто именно с такими вопросами они приходят ко мне.
Бывает, что мы даже откладываем тренировку, садимся и просто разговариваем. Обсуждаем то, что их беспокоит, разбираем какие-то жизненные ситуации. Я иногда шучу, что это тоже своего рода тренировка, только уже не физическая, а духовная.